ВИНДЛАНДИЯ «В поисках счастья, в погоне за истиной…»

Знаю я это выражение на лице сына: когда надо рассказать мне о каком-то своем школьном проступке и последовавшем разоблачении и наказании. Лицо одновременно пристыженное, но – залихватски удалое, дескать, ты же понимаешь, мама, как такому молодцу удержаться в рамках… (Ноздри раздуваются) – Особенно весной! (Глаза смотрят так нежно и проникновенно…) – Я же не хотел тебя огорчать, но обязан быть правдивым!

Итак, две трети класса куда-то испарились с последнего урока – МХК (мировая художественная культура).
Весна-красна?
Любовь-морковь?
Да, и не без этого…
Не собираюсь пилить Илье его длинную тощую шею, но все-таки выясняю – где же он был, в то время как должен был быть на уроке МХК? Если, конечно, джентльмен может ответить на этот вопрос, не подвергая риску честь дамы…
Ларчик открывался на удивление просто и досадно глупо.

( Читать дальше... )

Только, ради Бога, давайте не будем искать у этого явления иных причин, кроме «плохой экологии»!
«Вешать в граммах» взаимно выпитую кровь – занятие уже само по себе подозрительное. Полагаю, оно одно уже изначально знаменует симптом: возложение коллективной гендерной ответственности за чьи-то индивидуальные выкрутасы. Это, по-моему, уже и есть первый и грозный звоночек, как и произнесение сакраментальных фраз: «Все мужики – сво…» или «Все бабы – су…».
Великодушие пристало любому сильному, здоровому, пригодному к счастливой жизни человеку – вне зависимости от пола.

Зато гендерно локализованная ненависть – по-моему, вполне достаточная причина для того, чтобы взглянуть иначе на гендерно локализованную любовь.


( Читать дальше... )

Ничего не могу с собой поделать: глаза сами отворачиваются от вида уродств. Когда навстречу по улице движется тяжелый инвалид, я отвожу глаза не потому, что мне неприятно. Нет, мне жалко, больно. За что судьба, природа так обошлись с этим существом?
Женоненавистники и мужененавистницы так же вызывают во мне жгучую жалость. Это тяжелейшая патология, трудно совместимая с нормальной счастливой жизнью, и к тому же отвратительная на вид.
Поймите меня правильно, я вовсе не касаюсь права любого человека на целомудрие, безбрачие и одиночество. Я уважаю и такой выбор, его сделало немало великих, доблестных и добрых людей, сознательно ограничивая себя в плотских радостях, чьи контакты с инополыми – не более, чем товарищеские. Но ведь и это товарищество – благо! Оно включает в себя знание и уважение природы другого. Есть особенности, которые должны, если не умилять во влюбленности, то хотя бы не раздражать при поверхностном общении.
(Я упомянула мужененавистниц. Они такие же уроды, как и женоненавистники, но проявляют свои качества они с большей осторожностью, потому что мужчины цветущего возраста, обычно, существа достаточно опасные в плане ответа на открытую агрессию. И мужененавистницы чаще шипят в воротники, страдают, молча «в тряпочку». Хотя порою и они распоясываются). Но о них больше знают, конечно, мужчины. Я же продолжу – о женоненавистниках.


( Читать дальше... )

Ненависть и сама-то по себе вещь иррациональная. Но я расскажу об одной ее особенно противоестественной разновидности, которая меня всегда поражала и вводила в ступор. К моему большому облегчению, встречается она всё-таки нечасто. Но каждый подобный случай памятен, каждый оставил не то, чтобы рану – скорее, долго не заживающую царапину на ткани жизни. Они потом зарастают, но не совсем, оставляют шрамы – метки, рисунки под названием «Опыт №…»

Итак, картина с натуры.
Раннее летнее утро, 6:55. Зеленый «спальный район», застроенный сплошь «хрущевками». Через дворы бежит молодая женщина в легком ситцевом платье, прямо к расположенной во дворе аптеке, которая работает с 7:00. На крылечке аптеки уже тоже кто-то стоит, дожидаясь открытия. Немолодой мужчина. Не старик, скорее, недавний пенсионер. Они оба стоят под козырьком, смотрят, как внутри аптеки загорается свет, ее вот-вот откроют. Женщина, запыхавшись, тяжело дышит. Мужчина пристально смотрит на нее.
- С утра пораньше понесло тебя, проблядь, по аптекам. Ишь, бесстыжая. Титьки выставила, жопу оттопырила, носится. Сучка подзаборная, позорница, проститутка!


( Читать дальше... )

Виктор Пелевин. S.N.U.F.F. М.: Эксмо, 2012.

Сейчас я произнесу это имя – ПЕЛЕВИН, и на звук его придут боты. Дубасить меня. Ругаться. Взывать к моей гражданской совести. Я буду их за это монотонно банить. Это скучно!
Но что же делать, книга прочитана, и умолчать о ней я не могу. Потому что, во-первых, мне интересен этот автор, а во-вторых, необычны были и сами обстоятельства, условия чтения. Уже второй раз за время моей читательской практики в библиотеке имени Герцена, я получаю книгу после некого таинственного человека, испещряющего ее поля мельчайшими, но довольно внятно читаемыми карандашными комментариями. И ладно, если бы он подчеркивал отдельные фразы или выделял абзацы! Но он еще не сдерживает восторгов – «хор!», «здор.!», «это так!» или пускается в споры на полях – «нет!», «ну!», а то и прямо пишет, кого и что ему обстоятельства, сюжет и герои напомнили…

Так и читала я эту книгу, постоянно отвлекаясь на мнения и мысли этого таинственного незнакомца. Впрочем, незнакомцем он для меня был в прошлый раз, а в этот – я его выследила и узнала! Это наш знаменитый и очень активный «зеленолампочник», Кинетический Поэт! Мои внутренние безмолвные споры с ним еще не до конца утихли, потому что его «S.N.U.F.F.» не совсем совпал с моим. И до того он на мое восприятие повлиял, что я решила на нем за это отыграться в самом прямом смысле: я вообразила его главным героем книги. Так что вопрос о том, как выглядит Демьян-Ландульф Дамилола Карпов, для меня решен. Килограммов двадцать лишнего веса на Кинетического Поэта мое воображение нарастит без труда. Так что «пост-антихристианский мирянин-экзистенциалист, либеративный консервал, влюбленный слуга Маниту, просто свободный неангажированный человек, привыкший обо всем на свете думать собственной головой» - предстанет предо мной, как лист перед травой…


( Читать дальше... )

( Читать дальше... )

Это один из тех фильмов, которым - верю.

Хороший, приятный вечерний отдых – посмотреть фильм. Так хорошо, уютно – закутать ноги пледом, примостить рядом чашку чего-нибудь мелкого и вкусненького – например, сухофруктов, заранее отзвонившись всем, с кем обязательно надо поговорить, обеспечив близких всем необходимым, а то и уложив их спать, на полтора-два часа отбросить все заботы и оказаться в какой-то иной реальности.
Не открою большого секрета, кинематограф я знаю много хуже, чем литературу. И даже не пытаюсь умничать, обсуждая фильмы. Поэтому с удовольствием следую за рекомендациями друзей посмотреть что-то, доверяю вкусу нескольких моих личных «культуртрегеров».
Кино я смотрю простодушно, по-детски. В свое время, еще в детстве, мне почему-то становилось грустно от передач, разрушающих иллюзии мира кино – там, где объясняли устройство трюков и спецэффектов, рассказывали о работе каскадеров. Не хотелось всего этого знать. Мне так хочется забыть о том, что все это понарошку, и поверить, что на экране передо мной – чья-то настоящая необыкновенная жизнь.

Мне глупо, по-детски, неприятны фильмы, в которые просто невозможно поверить.

( Читать дальше... )

Обожаю «Записки у изголовья» Сэй-Сёнагон! С самых своих шестнадцати лет, когда впервые прочитала их, я неоднократно возила истрёпанную любимую книжечку с собой в разнообразные поездки, читала, смакуя, медитировала на строчки…
Если есть среди моих юных френдов (френдесс, прежде всего) те, кто еще ее не читал – рекомендую, не пожалеете! Меня поразила эта ее живая чувственность, эта теплота и изящество записок придворной фрейлины японской императрицы, жившей в эпоху Хэйан. Годы ее жизни 966-1017. Ее «Записки…» - как бусы из разных минералов, разного цвета, формы и размеров, нанизанные на единую нить – Жизнь… Вообще, я считаю Сэй-Сёнагон одной из лучших женщин-писательниц. Кто заметил – я нещадно и бессовестно ей подражаю… В тексте «Записок у изголовья» среди других имеются некие философские «тесты», однотипные фрагменты, начинающиеся со слов «То, что…»

Именно и конкретно их я и решила себе сейчас (уже в который раз) обновить. Я беру заголовок Сэй-Сёнагон, рожденный в X-XI веке, и дописываю то, что приходит на ум мне, l_eriksson, в веке XXI. Что выйдет – то выйдет. Сэй-Сёнагон на меня не обидится: она знает, как я ею восхищаюсь! Итак, начали:


( Читать дальше... )
поиграть с Сэй-Сёнагон?

( Читать дальше... )

( Читать дальше... )