l_eriksson (l_eriksson) wrote,
l_eriksson
l_eriksson

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

«Слово «книги» следует заменить на «вино»… Часть 2. «И вот мне приснилось, что сердце мое не болит"


Мо Янь

Цитаты:
Машина уходила влево – туда же кривился рот, брала вправо – он перекашивался в ту же сторону. Так и ходил туда-сюда.
---
Жесткие, черные патлы вахтера торчали во все стороны, как у собаки. Было заметно, что своим видом Дин Гоуэр нагнал на него страху. Волосы из ноздрей походили на хвост ласточки. «Это зловредная черная ласточка засела у него там, - мелькнуло в голове. - Свила гнездо, снесла яйца, высидела птенцов».
---
За окном медленно и беззвучно проплывали огромные механизмы. «Чувствуешь себя словно рыбка в аквариуме. И техника эта вся какая-то желтая. От желтого цвета кружится голова и хочется напиться». Он силился услышать грохот этих машин, но напрасно.
---
Раньше говорили: «В книгах обретешь златые чертоги, книги принесут немало мер зерна, в книгах увидишь словно выточенные из яшмы женские лица».* Но седая древность прошедших веков уже не актуальна. Слово «книги» следует заменить на «вино». Взять хоть заместителя начальника отдела Цзинь Ганцзуаня: разве не благодаря способности выпить целое море вина он стал звездой, перед которой благоговеют жители Цзюго? Ну какой, скажите на милость, писатель сравнится с вашим замначальника отдела Цзинем? […] Какое «вино и есть литература», какое «человек, не разбирающийся в вине, не может рассуждать о литературе»! Это я с похмелья несу такое и верить этому нельзя.
*[Слова, приписываемые императору династии Сун, который правил под девизом Чжэнь-цзун (997-1022)]
---
Подавив желание погладить ее волосы, он занялся глубокой самокритикой и самооправданием.
---
…на втором уровне уже стояло восемь блюд: лапша с яйцом и сушеными креветками «хай ми», ломтики жгуче острой говядины, цветная капуста под соусом карри, кружочки огурца, холодные утиные лапки, подслащенный корень лотоса, сердечки сельдерея, хорошо прожаренные скорпионы. Человек бывалый, Дин Гоуэр не увидел в этих холодных закусках ничего особенного – ничего, что могло бы удивить. На третьем уровне стоял лишь ощетинившийся шипами кактус в горшке. От одного вида кактуса все зачесалось, и стало не по себе. «И чего было не поставить свежие цветы?»
---
Нет, это не бокал вина, а показавшееся из-за горизонта солнце, величественный в своей спокойной красоте огненный шар, сердце любимого человека… Вот и пиво в стакане уже не пиво, а луна – она только что висела в небе, а теперь проникла в банкетный зал, коричневато-желтая, круглая,- распухшее до невероятных размеров помело, желтый шар в бесчисленных мягких шипах, пушистая лиса-оборотень…
---
Наставник, я твердо решил заниматься литературой, и меня не повернуть назад даже десятком могучих скакунов. Как говорится, базарная баба гирьку проглотила – стала твердой как железо, и отговаривать меня не нужно.
---
Выстрел прокатился волной – уа, уа, - как плач младенца. «Пусть все неправедное, негуманное задрожит при звуке моего выстрела! А все доброе, прекрасное, распространяющее чудесный аромат, пусть радостно смеется и хлопает в ладоши. Да здравствует справедливость! Да здравствует истина, да здравствует народ, да здравствует республика! Да здравствует мой великолепный сын! Да здравствуют мальчики. Да здравствуют девочки. Да здравствуют матери мальчиков и девочек. И я тоже да здравствую. Десять тысяч раз по десять тысяч лет».
Следователь по особо важным делам пробурчал что-то нечленораздельное – никто ничего не понял.
---
- Ну, девчонки, молодцы! – искренне похвалил какой-то тип в темных очках.
- Все без дураков, как говорится, бычью шкуру не надуваем! Паровозы не толкаем! Гору Тайшань не насыпаем! – бросила она, молодцевато выпрыгнув из кабины.
---
Вокруг стола сидят несколько начальников – один представительный, другой – толстый, третий – длинный – и с довольными улыбками пробуют этот деликатес.
---
Слышал я, Чжао Дацзуй, аспирант Литературной академии имени Лу Синя, утверждает, что классическое блюдо кантонской кухни «Дракон и феникс являют добрый знак» готовят из ядовитой змеи и фазана (конечно, в наши дни, когда все делают спустя рукава да еще подворовывают, велика вероятность, что вместо них окажутся угорь и курица). У тебя же, уважаемый, исходным материалом для приготовления блюда «Дракон и феникс являют добрый знак» вдруг становятся гениталии ослов и ослиц. Вот уж не знаю, кто отважится прикоснуться к этому палочками. Боюсь, здесь неприкрытая тенденция к буржуазной либерализации и критики примут это блюдо в штыки. Сейчас литературные круги могут похвастаться выдающимися личностями, которые с собачьим нюхом и орлиной зоркостью, с лупой в руке выискивают «грязь» в литературных произведениях. Спрятаться от них непросто, это все равно что треснувшему яйцу спрятаться от мух. За последние несколько лет они меня всего заплевали своей клейкой, до невозможности вонючей слюной за написанные когда-то «Радость» и «Красную саранчу». Действуют они в духе времен «банды четырех»: вырывают фразы из контекста и бьют по ним, не обращая внимания на остальное и не учитывая роли этих «нечистоплотных деталей» в произведении и особенностей контекста, в котором они появляются. Литературная ценность произведения их не интересует, они подвергают автора яростным нападкам исключительно с точки зрения физиологии и этики, и к тому же ничего не дают сказать в оправдание. Так что, основываясь на своем опыте, считаю, что лучше тебе заменить это блюдо на какое-нибудь другое.
---
В отношении человека к вину проявляются чуть ли не все противоречия процесса существования и развития человечества.
---
Дорогие читатели, гости, друзья, дамы и господа, санькайю вэйла мачжи, мисытэ, мисы*, если вам скажут, что есть нужно только блюда кантонской кухни, не верьте, это чистые сплетни…
[*-thank you very much]
---
… и каждый, побывавший на Ослиной улице в той или иной степени обретает ослиный нрав. Ослиные сущности, друзья мои, окутывают Ослиную улицу словно дымкой, заслоняя солнечный свет. Стоит зажмуриться, и увидишь, как вокруг с криками носятся неисчислимые орды ослов всех размеров и расцветок.
---
Цели бывают большие и малые. Наша большая цель – построение коммунистического общества, где «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Наша малая цель – добраться до конца Ослиной улицы, где расположен ресторанчик «Пол-аршина» и где у входа растет толстое, с чашку для еды, гранатовое дерево.
---
…женщина, покачивая румяным задом, уже скрылась за углом.
- Проваливай, лиса-оборотень! – кричит он вслед ее ослепительной фигуре.
---
- Хватит лицемерить, подлец ты этакий, - холодно усмехается он. – Коли деньги есть, можно и черта заставить муку молоть. Может, кто и не любит деньги, но я пока таких не встречал. Как ты думаешь, почему я так смело заявляю, что перетрахаю всех красоток в Цзюго? Всё эти, ети их, деньги!
- Немаловажно и ваше обаяние, почтеннейший.
- Шел бы ты, знаешь куда! – хмыкает он. – Председатель Мао сказал: «Ценность человека в его понимании, что он собой представляет», - так что не надо мне впаривать…
---
Мы стремимся к красоте, и только к красоте, но если эта красота не сотворена, она не настоящая. Не является таковой и красота, сотворенная из прекрасного. Истинная красота достигается преобразованием уродливого.
---
Наставник, я вдруг осознал, что процесс приготовления этого фирменного блюда с Ослиной улицы очень похож на творческий процесс у нас в литературе и искусстве. Ведь и то и другое идет от жизни и приподнимается над жизнью! И то и другое меняет природу во благо человечества! И то и другое превращает вульгарное в возвышенное, обращает похоть в искусство, а скорбь в силу!
Это блюдо я точно не стану убирать, наставник, чем бы Вы меня ни пугали.
---
С тобой говорить о таких вещах все равно что перед буйволом на цине играть…
---
«…Найдешь ее – хорошо, не найдешь – поскорее возвращайся домой, чтобы мы не беспокоились. Подыщем тебе красивую девушку из хорошей семьи. В этом мире жаба о двух ногах – редкость, а двуногих девушек вокруг полно, поэтому, как говорится, не думай, что повеситься можно только на одном дереве».
В ответ на это юноша заявил, что ему даже девяти небесных фей не надобно, нужна лишь та девушка-фокусница.
Основываясь на собственном опыте, наставлял его и отец: «Ты подпал под чары этой обольстительницы, сынок. На самом деле, по слепленному пельменю не узнать, есть ли в нем мясо, так и по облику женщины не узнать, добрый у нее нрав или нет. Красавица или уродина – закроешь глаза, и все одно».
---
Следователь по особо важным делам, надолго отключившийся после всего выпитого, открыл глаза. Рядом сидела шоферица в чем мать родила и терла себя губкой, смоченной в какой-то жидкости с кисловатым запахом, - губку эту она использовала для мытья машины.
---
Чтобы узнать все секреты и создать Обезьянье вино, мой тесть три года прожил среди обезьян в горах Байюаньлин, что к югу от города, и чуть не впал в умопомрачение. Но по-другому Обезьяньего вина не создашь, как и не напишешь хорошего произведения.
---
Собака сидела, не шевелясь, этаким генералом, и глаза у нее сверкали, как два лазера. Ее следователь испугался еще больше, чем хозяина.
---
Даже эта похожая на мыслителя собака тоже, наверное, посмеивается надо мной.
---
Пусть помрет со смеху несколько сот миллионов – все меньше забот по планированию рождаемости.
---
Сомневаюсь, что ласточкины гнезда обладают какими-то невероятными свойствами, о которых твердит тёща. В Гонконге они очень популярны, но посмотри, кто там ходит по улицам: каждый встречный – коротышка с заострившейся мордочкой и впалыми щеками. Мы, шаньдунцы, едим картофельные оладьи с зеленым луком, так ведь и ростом вымахиваем будь здоров, и красавиц на улицах, может, не толпы, но одну-другую встретишь где угодно. Отсюда вывод: пищевая ценность этих деликатесов и рядом не стояла с жареной картошкой. […]
Мы живем во времена, когда вокруг высятся горы мяса и текут реки вина, и чиновники, которых ты описываешь в своих рассказах, уже превзошли по-дамски изнеженного сычуаньского помещика-деспота Лю Вэньцая, который ел исключительно перепонки от утиных лап.
---
Через четыре года я закончил это отделение и стал аспирантом тестя. Моя работа на степень магистра «Латиноамериканская проза «магического реализма» и виноделие» удостоилась высокой похвалы тестя, защита прошла без сучка без задоринки…
---
Я боялся, что приняв все так близко к сердцу, она может голышом, как жареная лебедушка, повеситься на одном из вбитых в стену гвоздей. На том, где висит рамка с фотографией? Или где календарь? Или где висит шляпа? Первые два слабоваты, последний и слабоват, и коротковат. Ни один не выдержит прекрасное тело тещи, эту красоту, которой не налюбуешься.
---
Это же в своем роде прекрасно, когда один человек способен до такой степени ненавидеть другого, и, несомненно, это в определенном смысле опять же вклад в копилку всего человечества. Это можно сравнить с цветком ядовитого алого мака, распустившимся в болоте человеческих чувств. Если его не трогать, не есть, он существует как одна из форм прекрасного и притягивает к себе больше, чем какой-нибудь милый и безобидный цветок.
---
Вскрикнув, он отбросил зеркальце, словно кусок раскаленного железа. Оно покатилось по земле и завертелось на ребре, отбрасывая сверкающие солнечные зайчики на выцветшую красную стену. На ней было что-то написано большими иероглифами. Вглядевшись, он разобрал лозунг: «Все силы на искоренение пьянства и секса!»
---
К нам в Цзючэн, город вина, можно добраться из любой точки земного шара – самолетом, пароходом, на верблюде, на осле, даже на свиноматке. Все дороги ведут в Рим, все канавы текут в Цзючэн. В мире немало красивых мест, но таких, чтобы превосходили красотой Цзючэн – единицы. А если не злоупотреблять расплывчатыми выражениями и говорить напрямую, то таких нет и вовсе! У нас в Цзючэне люди по характеру прямые, как ствол гаубицы. Только в стволе гаубицы еще и нарезка имеется, а у наших в Цзючэне даже такого в животе нет» вставишь в рот палку, так другой конец из задницы выйдет, даже не искривится ничуть. Вот такой у нас исключительный характер. Чтобы было еще понятнее, скажу, что Цзючэн еще и административный центр Цзюго. Если что-то упустил, прошу понять правильно.
---
…когда добрые друзья встречаются за вином, и тысячи чарок бывает мало; когда не сходятся во мнениях, остается лишь разговаривать дальше.
---
Писатель Мо Янь, мужчина среднего возраста, полный, с жидкими волосенками, глазами-щелочками и кривым ртом, возлежит со сравнительным комфортом на жестком лежачем месте – если сравнивать с жестким сидячим, - и сна у него ни в одном глазу. В составе включили ночной режим освещения, лампочка над головой погасла, и только напольные лампы мерцают слабым желтоватым светом. Между мной и этим Мо Янем немало общего, но и различий хватает. Я вроде рака-отшельника, а Мо Янь – раковина, которую я занимаю. Мо Янь – шляпа, что защищает меня от ветра и дождя, собачья шкура, которую я накидываю, чтобы не продуло холодным зимним ветром, маска, которую надеваю, чтобы соблазнять девиц из приличных семей. Иногда кажется, что этот Мо Янь для меня тяжкое бремя, но от него никуда не деться, как раку-отшельнику никуда не деться от своей раковины. Удается это лишь в темноте, да и то ненадолго.



Потрясающий рассказ автора о самом себе:
http://russian.cri.cn/841/2012/12/19/1s452329.htm
Tags: читательский дневник
Subscribe

  • «Не промолвив даже слова, ты все сказал»

    Происхождение его так и осталось загадкой – он появился словно из ниоткуда. Не было ни свидетельства о рождении, ни свидетельства о…

  • "Грузинский кофе"

    Антология новой грузинской поэзии. М.: ОГИ, 2014 Люблю читать стихи незнакомых поэтов, упиваясь незнанием их, своим невежеством, словно гуляя…

  • Вечернее безумное чаепитие

    Звонок проведывательный, дядюшкин. Типа «ку-ку!» - «ку-ку!» Или «ку-ка-ре-ку». По всякому бывает. Но фоном…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • «Не промолвив даже слова, ты все сказал»

    Происхождение его так и осталось загадкой – он появился словно из ниоткуда. Не было ни свидетельства о рождении, ни свидетельства о…

  • "Грузинский кофе"

    Антология новой грузинской поэзии. М.: ОГИ, 2014 Люблю читать стихи незнакомых поэтов, упиваясь незнанием их, своим невежеством, словно гуляя…

  • Вечернее безумное чаепитие

    Звонок проведывательный, дядюшкин. Типа «ку-ку!» - «ку-ку!» Или «ку-ка-ре-ку». По всякому бывает. Но фоном…